Великая Армения

От Бородинского поля до урочища Гюлистан (часть 1)

На берегах Немана и Аракса

 

HayasaNews.com. Нынешний, 2012 год ознаменовал собой 200-ю годовщину победы России в войне 1812 года с Францией Наполеона Бонапарта. Нашествие «двунадесяти языков», 640-тысячной армии французского императора – фактически было борьбой России с объединёнными вооруженными силами покорённой узурпатором Западной Европы. Последняя, –  за редким исключением нейтральных стран и восставших против Наполеона при поддержке его главных противников англичан Испании и Португалии, – дала своих солдат и вооружения для огромной армии вторжения. Её хоть и называли «французской», но на деле она являлась, по своей сути, общеевропейским экспедиционным корпусом.

Тем более велика была заслуга русского оружия,   остановившего это нашествие, разбившего и  повернувшего его вспять, чтобы в последующих войнах 1813-1814 годов освободить пол-Европы, поднять против Бонапарта армии его вчерашних союзников и «нейтралов», и, в конце концов, войти в имперский Париж, положив конец правлению зарвавшегося узурпатора.

Говоря о событиях тех лет, надо вспомнить и о том, что войны с Наполеоновской империей была отнюдь не единственными кампаниями того периода. Одновременно с наполеоновскими войнами 1805-1807 годов (Аустерлиц, Прейсиш-Эйлау, Фридланд и т.д.) и войной 1812 года, Россия на своих границах и окраинах вела ещё три войны.

Во-первых, с Османской империей в 1806-1812 годах. Это была самая продолжительная из всех русско-турецких войн. Велась она как на юго-западных границах России – в Бессарабии, Валахии и Силистрии, так и на Кавказском фронте, на территории Армении. Отмеченная целым рядом выдающихся побед русских войск, война закончилась подписанием 16 мая 1812 года Бухарестского мира, по которому Россия получала Бессарабию, а российско-турецкой границей становилась река Прут. Подписание мирного договора незадолго до вторжения Наполеона в Россию стало большим ударом по планам европейского диктатора в очередной раз использовать антироссийскую политику турок в собственных интересах.

В 1808-1809 году, после заключения Тильзитского мира с Наполеоном, Россия вела войну со Швецией за обладание Финляндией и Аландскими островами. Это была война в рамках союза с Наполеоном, который боролся с Англией. Русская политика в этот период находилась под влиянием Наполеона, а удар был нанесён по Швеции – союзнице Англии. Тем не менее, результаты этой войны – присоединение к России всей Финляндии и Аландских островов – были крайне важны для России. Весь Финский залив становился «русским морем», а столица страны город Санкт-Петербург был надежно защищен новоприобретёнными территориями и мощными крепостями (Свеаборг и проч.).

Наконец,  в 1804-1813 годах Россия вела тяжелую и продолжительную войну с Персией. Война эта велась прежде всего на территории Армении – а именно Арцаха (Нагорного Карабаха), и прилегающих к ней регионов Южного Кавказа, представлявших собой различные административные единицы шахской Персии – ханства.

Наполеоновская Франция в своих войнах с Россией широко использовала Персию в качестве отвлекающего Россию, второго, наряду с европейским, театра военных действий. Что и имело место в Закавказье в 1804-1813 гг., и особенно в периоды  1805-1807 и 1812-1813 годах. То есть, военные действия там возобновлялись именно вместе с началом очередной русско-французской войны.

Значительное число французских  военных советников, начиная с конца XVIII века, находилось в составе персидской армии[1], персидские крепости строились и укреплялись французскими военными инженерами. Одновременно между Парижем и Лондоном шла жестокая война не только на полях сражений в Испании и Португалии, но и дипломатическо-шпионская война за влияние в Иране.

…В январе 1804 года русские войска взяли штурмом карабахский город Гандзак (Гянджу), центр Гянджинского ханства и покорили его, что привело к войне с Персией. К началу войны силы были неравны, ибо во всём Закавказье было всего 8 тысяч русских солдат, к тому же разбросанных на огромной территории. А на Грузию двигалось до 40 тысяч персов.

В этой войне русскими солдатами и армянскими ополченцами  были проявлены беспримерные стойкость и героизм, а ряд одержанных побед, – по соотношению сил сторон, – не имел более примеров в военной истории России.

Так, в боях под Аскераном, в Арцахе, 500 егерей 17-го полка во главе с полковником Павлом Карягиным, имея лишь 2 орудия, почти две недели отбивали атаки 20 тысяч персов. Запершись в небольшой крепости Шах-Булаг (на былых развалинах которой сегодня действует музей раскопок древнеармянского города Тигранакерт),  проведя в осаде неделю,  отряд Карягина под покровом ночи был выведен из крепости местными армянами и тайными тропами ушёл из окружения. Именем Карягина в Нагорном Карабахе был назван посёлок, в советское время переименованный властями АзССР в Физули – в честь не имевшего никакого отношения к региона поэту… из Иракского Курдистана.

Накануне заключения Тильзитского мира с Наполеоном (25.06 1807 г.),  успехи русского оружия против персов в Закавказье (были заняты Куба, Баку и Дагестан), позволили перекинуть силы Гудовича против турок и нанести им ещё одно сокрушительное поражение в Армении, при реке Арпачай, 18-го июня 1807 года.

Имя принявшего у Карягина 17-й егерский полк Петра Котляревского прославилось в ходе последующих боевых действий не  только на Кавказе, но и во всей России, и в Персии. В июне 1810-го Котляревский с тремя сотнями егерей овладел крепостью Мегри в армянском Зангезуре, этими Закавказскими Фермопилами, – нанеся поражение во много раз превосходящему по численности  противнику.

В 1812 году обстановка в Закавказье была обострена до предела. В период наполеоновского нашествия в Россию в 1812 году  и последующей военной кампании в Европе французская дипломатия пыталась окончательно вырвать Персию из-под английского влияния и привлечь её к войне с Россией, чему в тот момент  противилась Англия. «Ближе всего Наполеон находился к этой цели после вступления в Москву, откуда он отправил к шаху агента, чтобы заявить ему, что Бонапарт покорил Россию, скоро вернёт ему Грузию, а шах за это должен изгнать всех англичан и принять французского посла»[2].

26 августа состоялось знаменитое Бородинское сражение, – фактическая победа Наполеона, за которой последовало оставление русской армией Москвы. Персы оживились, 30-тысячная армия наследника трона Абас-Мирзы двинулась в Закавказье.

Однако 19-20 августа Котляревский, имея всего 2221 человека и 6 орудий, неожиданно атаковал персов в местечке Асландуз, близ реки Аракс. Персов было до 30 тысяч при 12 орудиях, однако в результате сокрушительной  штыковой атаки русских егерей они понесли страшное поражение: потеряли до 9 тысяч убитыми, 11 орудий, более 500 пленных, остальные бежали. Потери Котляревского составили… 127 человек!

В декабре 1812, когда последние остатки наполеоновской  «Великой армии» покидали пределы России, уходя за реку Неман, Котляревский, перейдя Аракс, двинулся на крепость Ленкорань – последний персидский оплот в Закавказье. 31 декабря, в последний день 1812 года 2 тысячи русских егерей штурмовали крепость: после боя в ней насчитали 3737 трупов вражеских солдат. У Котляревского были убито 341 и ранены 609 человек. Сам Котляревский был тяжело ранен 3 пулями и вынужден был оставить службу.

Интересно, что после ухода в отставку Пётр Котляревский подолгу жил в Феодосии, где познакомился с Иваном (Иваном) Айвазовским, который и спроектировал усыпальницу героя на горе Митридат после его кончины в 1852 году…

Победа над Наполеоном в России и Европе, и победа над Персией в Закавказье были звеньями одной и той же цепи. Путь к освобождению армянских земель от иноверного персидского господства лежал через войну с Наполеоновской империей.

И это прекрасно понимали сознательные люди в армянской среде, как в  регионе Южного Кавказа, то есть собственно в Армении, так и в России.

(продолжение следует)

 

Арсен Мелик-Шахназаров,

HayasaNews




[1] Вспомним, что ещё Ага-Мухаммед-шах Каджар в 1795 году вторгся в Карабах с  

    армией, руководимой французскими офицерами.

[2] Балаян Б., Международные отношения Ирана  в 1813-1828 гг. Изд. АН АрмССР, Ереван, 1967,  

     с. 17.

Нравится